Осенью 1847 года 19-летний Лев Толстой в состоянии душевного кризиса внезапно решил уехать в Сибирь.

Внешним толчком послужил приезд в Ясную Поляну какого-то его знакомого, отправлявшегося в Сибирь по делам.

Позже писатель с заметной самоиронией так описывал этот малоизвестный эпизод из своей жизни: «Когда он (знакомый. – А. К.) уезжал, Л(ев) Н(иколаевич) вскочил к нему в тарантас без шапки, в блузе и не уехал в Сибирь, кажется, только оттого, что у него не было на голове шапки»¹. Словом, поездка не состоялась. А позже Льву Николаевичу также не привелось побывать в Сибири.

Тема арктической прародины индоевропейцев сегодня настолько живо обсуждается и в научной среде, и в кругах популяризаторов, компиляторов, публицистов разных толков, что малосведущему читателю легко растеряться, запутаться, соблазниться какими-то прямолинейными, наспех сооружёнными «прозрениями». В таких случаях разумнее всего осмотреться и поискать первоосновы, первоэлементы разных громких и зазывающих построений, потому что любой популяризатор вынужден рано или поздно сослаться на то или иное авторитетное в науке имя или мнение. Говоря о таких авторитетных величинах, я бы посоветовала в первую очередь обратиться к имени известного индийского учёного Б.Г.Тилака (1852-1920), выдающегося знатока санскрита, автора теперь уже всемирно известной книги «Арктическая родина в Ведах».